Если человек никогда не показывает зубы, окружающие перестают понимать, где заканчиваются их права и начинается чужая территория. Мы привыкли считать злость опасным чувством. И в каком-то смысле это действительно так. Именно поэтому культура учит ребёнка не причинять вред другим людям. Но нередко вместе с запретом на разрушительное поведение человек получает и другой запрет - на саму злость. Со временем он перестаёт различать чувство и поступок, а любое проявление агрессии начинает переживаться как что-то постыдное и недопустимое. Если ребёнок снова и снова получает от близких послание, что злиться плохо, постепенно этот запрет перестаёт быть внешним. Он интроецируется и становится частью внутренней морали, ценностей и отношения человека к самому себе.

Запреты необходимы. Они помогают людям жить вместе и учитывать интересы друг друга. Но проблема начинается, когда запрет распространяется не на поступок, а на само чувство. Когда человеку нельзя не ударить, а нельзя злиться. Поэтому в статье речь пойдёт об обратной ситуации - когда запрет начинает мешать жизни и человеку требуется больше внутренней и внешней свободы. Ведь злость далеко не всегда носит деструктивную природу. А ее подавление чревато падением продуктивности и жизненного тонуса.

В психическом смысле агрессия - это прежде всего способность отделяться. Благодаря ей ребёнок постепенно начинает ощущать себя отдельным человеком, а взрослый - говорить «нет», защищать свои границы, отказываться от того, что ему не подходит, делать выбор и идти своим путём. Любое отделение требует энергии. Именно эту энергию и даёт злость. Поэтому она сопровождает не только конфликты, но и любое развитие.

Злость помогает человеку понимать, где заканчивается он и начинается другой. Именно поэтому она первой появляется, когда нарушаются личные границы. Именно отсюда рождается способность говорить «нет». Любой отказ, расставание, способность возразить или защитить собственное решение требуют агрессии. Именно поэтому способность открыто выражать злость помогает окружающим понимать, где проходят ваши границы.

Но агрессия нужна не только для защиты. Это чувство высокой активации, которое снабжает человека энергией для движения, изменений и достижений. Именно благодаря этой энергии мы решаемся менять работу, выходить из неподходящих отношений, бороться за важное, преодолевать препятствия и совершать прорывы.

Поэтому злость сопровождает практически все человеческие отношения. Она помогает защищать себя и своих близких, отстаивать собственное мнение, замечать свои желания и сохранять ощущение собственного Я. В этом смысле злость так же естественна для человека, как привязанность, близость или любовь.

Но обнаружить злость бывает непросто. Иногда злость скрывается за раздражением и постоянным недовольством, проявляется в резкости, цинизме, обесценивании или ворчании. В других случаях она может принимать форму зависти или даже отвращения. А подавленная злость может превратиться в апатию. И ещё злость обращается в свою противоположность. Сотрудник месяцами злится на начальника, но при каждой встрече становится подчеркнуто вежливым, улыбчивым и услужливым. Чем сильнее раздражение, тем больше любезности появляется в его поведении. «Конечно, без проблем. Всё сделаю. Спасибо за замечания», - учтиво произносит он, в очередной раз вытеснив свое недовольство. Это поведение не может объясняться только корпоративной этикой. Ведь иногда человек, который сильнее всех повторяет: «Я совсем не злюсь», - оказывается именно тем, кому злость переживать труднее всего. И здесь мы уже имеем дело с таким защитным психическим процессом, как реактивное образование - превращение чувств в их противоположность.

В ситуации реальной угрозы агрессия помогает защитить себя. Однако продуктивная агрессия помогает человеку не только защищаться, но и жить в целом. Например, она позволяет завершать то, что подошло к концу, делать выбор, принимать твердые решения, менять свою жизнь и двигаться вперёд. Именно поэтому злость становится одной из естественных стадий горевания. Человеку, переживающему смерть близкого, развод, потерю значимых отношений или любую другую утрату, важно иметь возможность злиться. Ведь злость помогает разорвать эмоциональную связь с тем, что уже невозможно сохранить. Если любовь формирует связи, то злость помогает их завершать, когда это становится необходимым.

Без злости также невозможно понять свои желания и потребности. Мы особенно ясно ощущаем их, когда сталкиваемся с препятствием или не получаем того, что для нас действительно важно. Именно поэтому агрессия позволяет не только защищаться, но и сообщать окружающим: «Это существенно и ценно для меня». Она возникает, когда мы идём против себя: вовремя не сказали «нет», согласились на то, чего не хотели, снова уступили собственными интересами. И тогда злость сообщает уже не только о внешнем конфликте, но и о внутреннем. «Рано или поздно наши интересы, наши убеждения входят в противоречие с интересами и убеждениями окружающих. Поскольку подобные противоречия встречаются на каждом шагу, внутренние конфликты сопровождают человека на протяжении всей жизни», - пишет Карен Хорни. В ряде случаев такое негодование долгое время не осознаётся, поэтому у человека не получается разрешить свой конфликт. Тогда злость смещается на более безопасные объекты: человек срывается на домашних, раздражается из-за мелочей или вступает в конфликты, которые никак не связаны с истинной причиной его переживаний. Не осознавая собственных чувств и внутренних метаний, он начинает вести себя противоречиво, зачастую даже не замечая этого.

Однако не всякая злость помогает человеку. Если она не осознаётся, не находит выражения или превращается из чувства в действие, её последствия становятся разрушительными как для самого человека, так и для его отношений с окружающими. Таким образом, злость может развиваться по трём направлениям: обратиться против самого человека, выплеснуться в действие или начать разрушать отношения с окружающими.

Первый путь - агрессия, обращённая на самого себя. В этом случае человек начинает атаковать не окружающих, а себя. Самоповреждение, самовредительство, увлечение опасными формами экстрима и даже некоторые психосоматические заболевания могут быть связаны с невозможностью выразить злость иначе. При этом формы причинения себе вреда далеко не всегда очевидны. Иногда человек разрушает себя не через прямое самоповреждение, а через постоянный отказ от собственных чувств, желаний и ценностей. Он снова и снова соглашается с тем, что для него неприемлемо, остаётся там, где давно хочет уйти, выбирает не себя, а чужие ожидания. Вот к чему может привести длительный внутренний конфликт.

Второй путь - агрессия через действие. Чувство, которое не удается понять и осмыслить, превращается в поведении. В психологии это называют отреагированием. Вместо того чтобы переживать, понимать или символизировать своё состояние, человек начинает действовать под влиянием аффекта. Между словами: «Я так зол, что хочу ударить» и реальным ударом лежит огромная психологическая дистанция. Испытывать чувство ещё не означает действовать под его влиянием.

Третий путь - агрессия, разрушающая отношения. В этом случае злость перестаёт выполнять свою защитную функцию и начинает последовательно уничтожать связи с другими людьми. Постоянные конфликты, невозможность сохранять длительные отношения, насилие, нарушение закона — всё это уже не способы проживания чувства, а последствия утраты способности управлять злостью. Когда злость полностью захватывает человека, другой перестаёт восприниматься как отдельная личность со своими чувствами и мотивами. Он превращается лишь в источник угрозы, боли или препятствие, которое необходимо устранить. Именно поэтому разрушительная агрессия так часто сопровождается утратой способности видеть внутренний мир другого человека.

Поэтому задача психотерапии заключается не в том, чтобы избавить человека от злости. Гораздо важнее помочь ей вновь занять своё естественное место в психической жизни. В безопасных отношениях с психотерапевтом человек постепенно учится замечать собственную злость, выдерживать её и выражать так, чтобы она перестала разрушать его самого и отношения с другими людьми. Когда человек начинает лучше понимать собственные переживания и внутренний мир другого, агрессия перестаёт разрушать отношения. Она снова начинает выполнять свою естественную функцию - помогать отделяться, защищать свои границы и при этом сохранять близость. Это немного похоже на езду на велосипеде. Сначала приходится постоянно думать о равновесии, а потом оно становится естественным. Так же и со злостью. Сначала человек учится замечать её, понимать и выражать, а со временем это перестаёт требовать специальных усилий. Помните, как Печкин из Простоквашино говорил: «Я почему раньше злой был? Потому что у меня велосипеда не было». В одном он оказался удивительно точен: невозможность распоряжаться собственной жизненной энергией действительно делает человека несчастнее.